Прудовик Ламаркиана
Ты не заставишь меня страдать, только лишь ждать.
Я бегу через город, большой, серый. Красок совсем нет. Голые дома, машины одиноко стоят на дорогах. Как в фильме «я легенда», только там была жизнь: растительность, животные, монстры, в конце концов. А здесь пусто. Кроме меня никого нет.

Я бегу. Адреналин электрическим током расходится по телу. У меня сбивается дыхание, точнее я задыхаюсь. А от кого я бегу? Здесь же никого нет.

Но я не могу остановиться, страх мерзко липнет к пояснице.

Я уже на мосту. Огромном мосту. Зачем он здесь? Под ним только пустыня. Смотрю наверх. Холодное небо. Солнца нет, только луна светит, а галактики не видно. Странное место.

Страх куда-то делся и я остановился. Оборачиваюсь. Вижу себя. Я бежал от себя? В своих голубых, под цвет неба, глазах, я вижу насмешку, на губах ядовитая улыбка. Все цвета становиться ярче. Контрастнее.

Восходит солнце. Краски впитываются в силуэты одиноких зданий. Вначале голубое небо становиться темно-синим, появились сверкающие звезды.

Волосы моего двойника, от переизбытка света, горят мягким огнем. Красиво. Но красота не мешает страху. Солнце уже освещает мост.

- Я тебе нужен? – вопросы как будто задаю не я.

Двойник едко ухмыляется.

- Да.

- Зачем? – от него исходит опасность, думаю лучше потянуть время.

- Я люблю тебя.

У близнеца с губ сходит ядовитая ухмылка, в глазах читается боль.

Он подходит ко мне и легко целует.

Я просыпаюсь.

И что это было? Опять что ли? Когда мне было одиннадцать, я часто снился сам себе. Я разговаривал с собой, мне было хорошо. Он, то есть я, решал все проблемы и счастливо улыбался. Но когда наступило четырнадцать, он перестал сниться. Я немного переживал, но потом забыл об этом. Но близнец меня никогда не целовал. Что поменялось?

После сна стало жутко. Я встал с кровати и не заправив ее, пошел в душ. Холодная вода приятно освежила мои мысленные процессы, и я почти забыл о сне.

Сделав свои дела, я вытерся, натянул домашние шорты и с голым торсом пошел на кухню.
Кир сидел за столом, сложив ногу на ногу и пил томатный сок.

- Сколько людей переловил, мистер Дракула?

Он поднял на меня взгляд серых глаз.

- Исключительно красивых, молодых девственников. В этом веке почти не осталось, действительно чистых невинных душ. Мировые вкусы постепенно портятся…

- Ага, ага. Ты долго не сиди, скоро пары – напомнил я Киру.

Сладко потягиваясь, я, словно сонная муха, жарю себе глазунью. Ненавижу рано вставать. А еще ненавижу жареный желток.

- Это я тебе должен сказать. Кто из нас дольше спит? Так что быстрее жри, и мы пойдем.
Кир демонстративно тяжело встал и пошел одеваться.

Я остался один. Что-то как-то скучно.

Доев глазунью с соком, я пошел одеваться.

Про вчерашний разговор я не упоминал, Кир вообще не знает, что я его слышал. Меня это немного беспокоило, вдруг у него реальные проблемы. Ночью, когда я слышал этот надломленный голос, в груди неприятно закололо. Но Кирилл сильный, он не сломается как его родители. За эту черту я его уважал. Не буду ему говорить об этом разговоре, вдруг это его тайна? Не буду лезть.

Надев свободные джинсы и футболку, не свои между прочем - Кирилла. Мы пошли в универ.

Как ни странно Макс на занятия тоже пришел, что бывало крайне редко. С ним, зато не скучно. День тянулся как у улитки в аквариуме – медленно и однообразно. Кир был спокоен, но меня что-то постоянно грузило, а еще неудачи преследовали. То я упаду, то порву что-нибудь. Однокурсники подложили мне что-то в сумку, из-за чего та весь день воняла. Препод, неожиданно разозлившись на меня, кричал все пары. Стоило мне на сантиметр повернуть голову как он тут как тут, со своим грозным взглядом. Еще я услышал нелицеприятный разговор однокурсников о себе любимом. В общем, день не задался с самого начала.

А еще я траванулся. Поел блять пирожок. Под вечер поднялась температура. Я бредил. А Макс с Киром ухаживали за мной. Я метался на кровати как проклятый. А эти придурки, кормили меня таблетками и ржали над моим бредом.

Мне постоянно снился мой двойник. То он плакал, то смеялся, как сумасшедший. Иногда бил меня, иногда обнимал. Я уже переставал отличать сон от реальности. Было очень жарко. Больно. Но то, что мой воображаемый друг был рядом, успокаивало. Как в детстве. Я снова чувствовал себя ребенком.

Кажется, Макс ушел.

- Кир… Кир, они здесь… они плохие… убей их, я перестаю справляться…

-Тише, тише. Успокойся, скоро все закончится. Все хорошо, я с тобой.

Он нежно погладил меня по волосам. Я не очень хорошо видел. Но у него был такой взгляд, как у моего близнеца во время утреннего сна, во время поцелуя. Нежный, с толикой боли. Откуда боль?

Кирилл мне на лоб положил прохладный компресс. Стало немного полегче. Жар начал спадать. Я кажется засыпаю, а Кир сидит рядом и смотрит на меня. Сидел он на полу, подперев голову руками. Меня немного смущает его взгляд, но я не обращаю на это внимание, я слишком устал.

Ночью мне снилось, как мы сидим с близнецом в светлой комнате, без вещей. Сидим на стульях как у Кира дома. Он смотрит на меня в упор, между его бровями пролегла тонкая складочка, а я смотрю на него и молчу. Стены комнаты неприятно давят на меня. Близнец одет только в просторные джинсы, больше одежды на нем нет. Посмотреть, как я выгляжу, возможности нет. Во сне я никогда в зеркалах не отражаюсь.

- И что ты собираешься делать? – у близнеца странный голос, как, будто голосов много, и в то же время он один. Он не сводит с меня хмурого взгляда.

- С чем? – я говорю равнодушно.

- С проблемами.

- А они есть?

- Будут.

- Надо решать проблемы с момента их поступления.

- Предусмотрительность тоже хорошая черта.

Он склонил голову немного вправо, как бы, не понимая, что говорит. Довольно, невинное действие. Но не отводил от меня взгляда чистых голубых глаз. Моих глаз.

- Да кому это нужно? – я немного повысил голос, но оставался спокойным.

- Нам.

Близнец подложил одну ногу немного под себя, и согнул спину. Поза получилась довольно нейтральной. На протяжении всего разговора он, продолжал сверлить во мне дырку.

Я молчал. А что мне ответить? Суть диалога я не понимал. Я уставился в белый чистый пол.

- Я тебя ненавижу – равнодушно сказал близнец мне.

Я оторвал голову от пола и уставился на себя. Оказыватся, никакой комнаты нет, я просто разговариваю с зеркалом, которое не очень-то повторяет мои движения. Парень в зеркале берет стул и уходит вперед, через какое-то время я вижу только маленькую точку.

Неприятный звон раздается у меня над ухом, и весь сон смазывается.

Кто-то звонит. Какой противный звук. Придется брать трубку...


- Мм, да? – боже как голова болит. Кто же это звонит?

- Доброе утро. Пожалуйста, дайте трубку Кириллу – проговорил приятный молодой голос, я бы даже сказал подростковый.

- Он сейчас на занятиях, я передам, что вы звонили.

- Хорошо. Скажите, что я буду ждать его звонка.

Отключился.

Я со стоном повалился на кровать. Глаза вообще не разлипаются. Во всем теле тяжесть. Голова как будто из чугуна выкована. Херовенько.

Почему он сказал, что утро доброе? Вообще кто это? Тот, кто звонил тогда ночью? Друг, любовник?
От таких мысленных процессов, голова начала болеть, словно тысяча бомб, взрывается поочерёдно….

Если подумать у него всегда было много парней. С пятнадцати лет. Когда узнал, что он альфа.
Он тогда поразил меня до глубины души. Прихожу я, значит в класс, на дополнительные занятия. (Я никогда не был примерным учеником.) А он там, в пустом классе, трахает новенького преподавателя. Прямо на учительском столе! Тот сладостно стонал и сильнее прижимался к Киру всем телом. Самое интересное что Кир, увидев меня, не смутился, а хищно улыбнулся, мол «такова роль альфы». Учитель меня так и не заметил, а я убежал. Хех, потом долго Кира расспрашивал об этом. Нет ну пятнадцатилетний подросток, трахает двадцатитрёхлетнего мужика. Как омега ему дал я не в курсах - все-таки течка страшная вещь. Они еще года три встречались, но отношения были весьма скептические, они друг от друга только секс и требовали. Когда учитель перешел преподавать в другую школу. Кир немного попереживал, а потом успокоился.

Такс сколько время? 11: 13 можно еще поспать. Немного повалявшись, я увидел на столе записку, таблетку и стакан воды.

«Таблетку запить водой, из постели не вылезать. Скоро вернусь, я в универе. Кир».

Фуу, таблетка горькая. От чего интересно? Ой, да пофиг, все равно это точно не яд.

Полежав еще немного, я пошел на кухню, подогрел суп (кто сделал - неизвестно) и пошел в зал. Накрывшись пледом, включаю телевизор, по которому шла какая-то херня, и я остановил свой выбор на «крутых бобрах», там про вонючую лапку серия была. Мдя, ребенку, то есть мне девятнадцать лет…

Ну и похер. Всегда знал, что у меня немного детский характер, что ж, мне это совершенно не мешает. Не собираюсь быть слишком серьезным, нервов не оберешься.

Я, похоже, уснул. В дверях послышался, скрежет ключей. В комнате было уже темно, телевизор неизвестно что вещал. Кир заходит какой-то измученный, бледный, круги под глазами. На лице слабое подобие улыбки.

- Прости, похоже, я тебя разбудил…

Он садится рядом на диван, прикрывая меня пледом. Смотрит в глаза, по-прежнему, улыбаясь.

- Все в порядке, я нормально себя чувствую. Почему так поздно?

- Да там дела были. Декан похоже с тебя на Макса перешел. Они там все пары собачились. Я узнал много нехороших слов.

- Хех, ну так-то да, Макс довольно взрывной. Марка не видел?

- Видел, он этого после пар поджидал. Я сразу же свалил, не хотелось бы видеть розовые сопли в разноцветных блестках.

- Ну, тут-то я тебя понимаю.

- Выпил таблетки?

- Да, такие противные…

- Поэтому именно их тебе и дал.

- Скотина бездушная.

- Знаю.

Кир поднявшись, немного потянулся. Меня уже начинает беспокоить его вид.

- Что с тобой? Замученный какой-то…

- Да просто устал. Вот и все.

Ладно. Раз не хочет говорить, выпытывать не буду. Но все, же что-то произошло.

- Тебе тут звонили. Просили, что б перезвонил.

- Знаю. Я уже во всем разобрался.

- Это связано с твоим состоянием? – смотрю коронным пытливым взглядом.

- А? Частично… - что-то он темнит.

Черт, меня любопытство разъедает. И еще что-то, никак не могу понять, что.… Как же трудно разбираться в чувствах!

- Кто это звонил? Друг, знакомый, любовник?

Кир на секунду задумался. Потерев бородку, сказал:

- Скорее всего, знакомый. А что ревну-у-уешь?

Эта «маленькая» скотина, препротивно улыбнулась.

- Да пошел ты! Сдался ты мне, старпер вонючий.

- Боже. Всего-то на три месяца старше… - Кирилл, улыбаясь, сделал недоумение на лице – Ладно, несколько дней будешь дома лежать, потом врача вызовем.

- Угу.

* * *

Врач сказал, что неделю я отдыхать буду.Пить таблетки, есть только жидкое и все такое... Но через неделю я встал на ноги. Спасибо доктору.


Но вот отдых закончился и начался универ. А хотя кого я обманываю? У нас каникулы! Можно забыть об этом ужасе на некоторое время!

Но была вещь, которая меня все время грузила. Кир куда-то пропадал. Я бы мог подумать, что у него кто-то появился, но он мне ничего не говорил. И ходил какой-то бледный изможденный, как зомби, ей богу, а один раз я проснулся ночью, а его нет, хотя засыпали мы вместе. Где он мог быть в три часа ночи? Он меня серьезно беспокоит...

Сейчас мы как обычно сидим у Макса на кухне и пьем кофе.

Щенок играет у меня в ногах, грызя мне ноги, но я стойко терплю.

На кухню заходит Макс и с важным видом говорит.

- Друзья, я, конечно, не зря собрал вас у себя – вальяжно пьет яблочный сок в стакане из-под виски. (Собака! Я тоже хочу) – у меня есть дело…

Мы с Кириллом непонимающе вылупились на Макса. Я же говорил, что он авантюрист-манипулятор? Говорил. Так вот сейчас с ним спорить, себе дороже.

- У одного моего друга, небольшие проблемы на работе. Мы должны ему помочь! Я обещал – провозгласив это, Макс поднял стакан сока вверх и выпил залпом.

- А мы тут причем? Обещал ты, а не мы – Кирилл смотрел на Макса, притворно, как на идиота, а может и не притворно.

- Да вам то что! Так весь отдых будете задницы просиживать! А тут хоть интересно будет!

- Что будет-то? – решил поддать голос я.

Макс весь аж засветился от счастья. Видимо решил, что уже имеет союзника в виде меня.

- Друга зовут Сева. Влас ты видел его у меня на ДР. Он младше нас на три года. И ему нужны деньги. Он зарабатывает пока на детских утренниках. Так вот, там какая-то заминка произошла, и у него не осталось помощников. Ну, а он такой хорошенький, я не смог отказать! Мы должны ему помочь.

- Ааа, ну я согласен – ну а что? Как сказал Макс сидеть дома? Не хочу. Интересная работа, наверное!

Дело осталось за малым, уговорить Кира. Тот сидел обиженный на весь мир. Так прикольно губки надул. Кажется, что Макс сейчас взорвется от приступа умиления.

- Два против одного! Мы победили! – Макс подскочил от приступа эйфории, от чего и мои эндорфины начали отплясывать румбу.

- Отстаньте от меня, я считаю это глупым. Имхо.

- Да ладно тебе! Весело будет, с детьми поиграем! – я улыбаюсь и глажу Кирилла по голове – Развеемся. А то ты со своими книгами уже социопатом стал.

Он обиженно уставился на меня, из под челки. Серые глаза доверчиво блеснули. Все-таки за то время пока мы знакомы (а это не малое время), я так и не смог понять его. Хотя, вот таким ребенком, он становится только со мной, хоть и редко, но все же…

- Хорошо. Только обещай, что весело будет.

- Обещаю.

Радостно улыбаюсь, и лицо Кира тронула слабая улыбка.

- Ну, так если все за, то завтра в одиннадцать, жду вас у садика, № 32, «Ручеек». Теперь дорогие мои свободны. Скоро Марк придет.

Нас как ветром сдуло. Все-таки Макс с Марком неразрушимая сила. Я как и все чувствовал рядом с ними признаки тошноты и неимоверного желания смыться, но если по чесноку, то я немного им завидовал. Я тоже хочу когда-нибудь испытать такую простую, и в то же время неземную любовь. Подсознательно я уже приготовил себя к одиночеству, но надежда, как известно, умирает последней. И огонек веры, временами, зажигается в сердце.

* * *

Надев длинные серые шорты и черную майку, я вместе с Киром выхожу в подъезд. Выходя на улицу, ощущаю приятную прохладу и теплые солнечные лучи. На улице как, ни странно мало народу, практически нет. Кир тянет меня за собой.

Садик находился не так далеко, а если пойти дворами так вообще близко, поэтому мы решили пойти пешком.

Идем молча. Утром вообще лень говорить. И стоит такая умиротворенная тишина.

- Йо, народ! Вы здесь, какими судьбами? – сзади послышался пугающе знакомый голос.

Стас одет по-спортивному, легкие кроссовки «Nike», такие же шорты и зеленая, с черной абстракцией футболка.

- Да так гуляем вот… Ты че? – у Кира голос был немного хрипловат, от продолжительного молчания.

-Да вот, утренняя пробежка, я…

- Отлично с нами пойдешь! – заткнул Стаса Кир.

- Что? Да ты!

- Не обсуждается. Я один страдать не собираюсь.

Кирилл ухватил Стаса за шкирку, как нашкодившего кота, и потащил в сторону садика. Тот стонал и немного сопротивлялся, но потом понял безуспешность своих действий и сдался. А я, все еще сонный, не обращал внимания на манипуляции друзей.

Подходя к садику, я услышал шум и детский плач. Началось в деревне утро! ;(

Мы втроем, осторожно лавируя между кучками взволнованных детей и не менее взволнованных родителей, пробирались к сооружению, отдаленно похожему на сцену. Среди всей это вакханалии, на сцене был Макс и какой-то невысокий мужчина, лет под пятьдесят, низкий, с добрым взглядом.

Макс видимо заметив нас, спрыгнул с сооружения, подбежал к нам.

- Здорово ребят. Скоро я дам вам вещи, их вы оденете – к Максу подошёл какой-то парень - это Сева.
- Правда, спасибо ребят! Если бы не вы я бы не справился. О, Стас, привет!

Довольно-таки высокий парень. Блондин, зеленые глаза. Искренний такой парень. Я его на Дне Рождения Макса, в прошлом году видел, ни сколько не изменился. Бета кстати, это без ошибок. Запаха от него вообще не чувствую.

Он счастливо оглядывал Стаса. Знакомы? Все-таки мир такой маленький…

- К-как ты? Давно не виделись… - парень немного покраснел и замялся, почесав белобрысый затылок.

- Ага, давно не виделись! Как семья? Женя? – Стас по ходу вообще не замечает, в каком состоянии собеседник, веселится. Вот дебил.

- Да все норм. Женя в четвертый класс переходит. Родители счастливы.

- Я рад.

Атмосфера отталкивала лишних людей, и мы: я, Макс, Кир, решили мигрировать к столу с закусками (даже такой имелся).

- Короче ребят, - начал Макс – вы наденете эти парики. Когда я закончу читать сценарии на сцене, будете раздавать подарки и хороводы вести. Все ясно?

Он осмотрел на нас грозным взглядом.

Убедившись, что мы все поняли, он дал нам ЭТО. Жертва ядерной войны, а не парик! Красный, с кудряшками. Где-то бордовый и оранжевый. Я даже такое надевать боюсь. У Кира, наверно лучше. Повернул голову на 180°. Не, не лучше. Он был такой же кудрявый, только белый. Если этот цвет вообще можно назвать белым. Скорее он цвета, пятки убегающей баб-Яги, да и облез, так что мне еще повезло, можно сказать. Надев это на себя, Кир был похож на облезшую болонку, все это дополнял его обиженный, несчастный взгляд. Я хихикнул, и надел свой парик.

- Как я тебе? – покрутился, что бы он лучше посмотрел. А’-ля кисейный мальчик.

- Ты похож на старого черта-извращенца, или на педофила-дауна.

- Хех, пойдем, даун-педофил, детишек развлекать.

- Как это не двусмысленно звучит…

К сцене начали подходить родители, стараясь побольше сфотографировать свое чадо. А посередине, стоял Макс, с микрофоном и что-то торжественно говорил. Я не мог не заметить, что на нем был розовый, длинный парик, как настоящий! Скотина! Забрал себе лучший. Ну ничего, я ему еще отомщу…

На сцену вышел, маленький мальчик, с огромными очками во все лицо. Причем, бедный малыш был одет в ослика.

- Привет! Как тебя зовут? – сладко и радостно. Все-таки Макс хорошо играет.

- Андлюша.

- О, Андрюша, какое красивое имя. Расскажи нам стишок! И за это получишь подарок.

Макс дал микрофон мальчику, и тот еле держа (неужели такой тяжелый?), начал говорить:

- Анаболик, анаболик, ласскажу я это всем, масса вылосла немного, хел повис мой на совсем!

Молчание. Все в шоке. Я пытаюсь не смеяться, еле трясясь. А Кир уже не стесняясь, ржет во весь голос. Родители, немного помолчав, залились раскатистым хохотом. Некоторые таки валялись на земле.

- Лаад… аха…кхм… Ладно Андрюша. Держи за стих слона!

У мальчика в предвкушении аж глаза загорелись.

Я послушно поднялся на сцену и отдал слона.

Дальше все шло довольно спокойно. Повыпендриваясь на сцене, Макс спустился. И мы начали крутить хороводы.

Это было что-то. Я, споткнувшись от напора детей, упал, образуя воронку из всего, что находилось в радиусе 10 метров. В круговороте я раз пять подумал что умер. Это было страшно, мне под майку попала пироженка, и меня кто-то укусил за руку. До крови! Больно, между прочим. И всем этим огромным снежком из людей мы покатились в сторону сцены. Надо было тогда видеть глаза Макса. Мы, врезавшись в сцену немного подкосили ее основание. Как она не упала и не убила все на хрен, для меня осталось секретом.

Рассосался снежок немного болезненно, каждая скотина как-то наступила на меня! Каждая!

Все немного успокоились и начали разговаривать. Болтая с Киром я, увидел как дети, взобравшись на плечи, друг друга (человека три точно), напрочь ломая все законы гравитации, срезали шарики со сцены, быстренько так, без палева, уходят друг за другом, паровозиком с шариками.

Если честно я прихуел и отвернулся, как будто ничего не видел.

Во время раздачи подарков, от Кира я услышал, только одну фразу:

- Ебаный я Санта.

Потусовавшись еще немного, мы все пошли гулять. По пути зашли к нам с Киром и переоделись.

Хоть мы и устали, но дома сидеть было скучно.

Мы гуляли по всем достопримечательностям города, немного выпивая. Не пил только Кир, не знаю почему. Делали глупые снимки, потом выложим в твиттер.

Нет, я не бухал! Я вообще за здоровый образ жизни, так что я не в хлам. Ненавижу это состояние пьяни, чувствую себя тупым. Вот просто тупым! Мне это не нравится!

Кстати, Сева и Стас не плохо так сдружились! Везде вместе! Неплохая, кстати, пара.

Под девять вечера, мы, с Киром, уставшие, пошли домой, предварительно отправив пьяных Макса и Стаса на такси. А Сева пропал…

Вернувшись уже в родной дом, я бухнулся на кровать и попытался уснуть. Но Кир, сволочь, заставил раздеваться и чистить зубы. Я скрепя душой, пошел в ванную. Решив сделать все честь по чести, я принял душ. И с чистой душой лег спать. Кир тоже.

* * *

Жарко. Все тело ломит. Голова немного кружится. Хочется пить. Что со мной? Пытаюсь сфокусировать свой взгляд на часах. 02:18.

Чувствую под собой неприятную влагу. Трогаю трусы. Мокрые. Черт! Черт! Черт! Как же так! Как я мог забыть! Так нужны таблетки, может у Кира есть? Бляяяяяять! Откуда они у Кира?! Но все же.

Пытаюсь встать. Ноги не держат. Иду вяло. Иногда опираясь о стены. У Кира дверь приоткрыта. Немного заглядываю, его нет. Где блять, в третьем часу ночи его носит?! И так всегда! Теперь всегда… где он может быть? Ай, ладно, только лучше.

В аптечке, как и предвиделось, таблеток не оказалось. Фаааак! Надо в душ!

Немного остудившись, я старался не задевать эрекцию руками. Только хуже будет. Я это уже проходил. Появилось навязчивое желание засунуть что-нибудь в задницу. Чеееерт!
Быстренько выхожу из душа, в одном полотенце.

Ах! Меня окутывает, умопомрачительный запах. Член под полотенцем вздрагивает, стремительно увеличиваясь, а смазка так и хлынула. Чувствую легкое прикосновение к плечам, оно как будто ударяет электрическим разрядом. Жаркое дыхание опаляет мой затылок.

- Вл-Влас?

Я обессилено падаю с громким стоном...





-Мм, Влас? Чт… - Кир не успел договорить, как ему в нос ударил мой запах.

Он вдохнул полной грудью воздух, и глаза немного прикрылись, а кисти сжались в кулаки. Он сдерживает себя.

- Видимо, я чего-то не знал о тебе…

Сознание все еще как будто в дымке, я не ощущаю что все происходящее здесь реально. Медленно поднимаюсь и на ватных ногах иду к себе. Кирилл идет следом, иногда придерживая меня, от чего я вздрагиваю. Не хочу прикосновений, и в то же время желаю их безумно. Как теплые горячие руки прижимают меня к себе, как дарят наслаждение. Агр! Черт! Я уже не понимаю ничего. Что мне делать?

Падаю на кровать, быстро забиваясь в самый угол у стены, заворачиваясь в одеяло. Сейчас это единственная защита. Не только от Кира, реальная проблема во мне самом.

Похоже, Кирилл тоже растерялся. Смотрит на меня, в глазах шок. Я бы тоже ахнул, узнав такое. Он медленно, как будто стараясь не напугать, садиться на краешек кровати, не отводя взгляда серых глаз.

- Я не знал… - говорит хрипло, неуверенно. Он, наверное, не знает, как реагировать.

- Никто не знал. Уж прости, таким родился! У тебя есть таблетки?

- Н-нет. Я не могу Влас. Мне… я хочу тебя…

- Что?

Мои глаза, наверное, были похожи на блюдца, или тарелки. Что мне делать? Я тоже хочу его. Но он мой друг! Как мне известно, с друзьями не занимаются сексом. Тем более с лучшими.

Он медленно подползает ко мне, и нежно, как будто цветок, целует в открытые губы. Все тело как будто парализует. Так хорошо. Даже если бы не было течки, все равно было бы приятно. Почему? Мы друзья. Я не хочу рушить наши искрение отношения. Если мы это сделаем, то все не будет как раньше. Веселых встреч, шуточек и подколов, задушевных разговоров. Ничего этого не будет. Я не хочу так. Я хочу оставаться рядом с ним.

Он медленно отстраняется, смотря в глаза. Как я раньше не заметил их красоту? Они похожи на мягкий дым, светлые. Как дым аромо-палочек. Сейчас глаза таинственно светились. Может освещение такое? В комнате темно, только свет фар проникает сквозь шторы.

Он немного улыбается, все еще смотря в глаза. Наши лица находятся на опасном расстоянии, слишком опасном. Такой искренней улыбки я не видел никогда. Хочется прикоснуться к тонким губам.

Я нерешительно освобождаю руку из под одеяла и медленно подношу к губам. Очерчиваю контур губ. Он немного вздрагивает. Все еще стоя на четвереньках, Кир перехватывает мою руку, и нежно целует в ладонь. Тело охватывает истома, я сжимаю руку Кира в своей.

Он немного покраснел, что мне очень понравилось. Я почти забыл о напряжении в штанах, и наконец, отвел глаза в сторону. Он, заметив изменение в поведении, совсем легко, как первый поцелуй, снова прикоснулся к моим губам. Переходя ниже к шее, покрывая кожу невесомыми поцелуями. Мне это очень понравилось, бледные губы, как будто крылья бабочки, нежные и осторожные. Как же приятно.

Кирилл медленно переходил к ключицам, попутно убирая одеяло. Руками я притянул его к себе, так хотелось, ощутить тепло его тела. Громко выдохнув, он более страстно начал исследовать мою шею. Как же хорошо, мое тело как будто само по себе, не хочется прекращать его ласки. Он уже снимает мою футболку, это оказалось нелегко. Немного отстранившись, Кирилл снял ненавистную вещь. То, что он отстранился, совсем не понравилось мне, и я протестующее застонал. Немного удивившись, он спускает меня со стенки и укладывает на кровать, нависая надо мной. Страстно целует в губы, очерчивая нижнюю губу, я непроизвольно застонал. Кир изумился моей реакции, и провел языком по небу. Я переплел наши языки в безумном танце. Он оценил.

Отстраняясь от лица, он позволил мне, наконец-то дышать. Спускаясь ниже, он стал посасывать бусины моих сосков. Я уже снова тяжело дышу. Черт! Он сводит меня с ума. Боже, как приятно.

Немного покусывая соски, поочередно, правый и левый. Руками он спускался ниже, нежно проводя ладонями по коже, очертил впадину пупка на животе, приближаясь к стратегически важной точке. Целуя, кожу от подбородка до ключиц, и обратно, он неожиданно сжал рукой через мокрую ткань, мой член.

- Ахх…

Я действительно не ожидал такого резкого удовольствия. Около резинки мокрых трусов, была видна головка, моего возбужденного органа. Пальцами он стал массировать розовую, мокрую головку, наблюдая за сменой выражения моего лица. Результат ему понравился. Я тихонько стонал, я хотел большего. Ну, сколько он еще будет меня мучить?!

- Кир… харэ…я больше не могу-у…

Мой голос получился какой-то жалобный. По телу проходили волны наслаждения. Так сладко. Неужели он такой опытный? Или я такой чувствительный?

Резко, Кир переместился прямо между моих ног. Я ахнул от неожиданности. Он провел языком по члену, не снимая трусов. Я мелко задрожал от удовольствия. Там где только что побывали его руки, кожа как будто горела нежным огнем. Мысли путались. Тело само поддавалось желанным ласкам. Вроде и надо было все прекратить, но в ту же секунду создавался вопрос «Зачем?». И вправду зачем? Ведь от этих опытных рук так хорошо. Все кажется не настоящим, как во сне. Я не могу адекватно думать или отвечать за действия. Осталось только чистое удовольствие. Не хочу, что бы это прекращалась, ни на секунду.

Кир уже каким-то образом сумел снять белье. Проведя языком по стволу, он медленно вылизывал головку, иногда сжимая и оставляя в плену горячих губ. Весь мир сосредоточился на упругих, дразнящих, жарких губах. Кир немного насаживая рот на член, погладил мой анус указательным пальцем.

- Архах…

Ммм, боже, как хорошо! Он почти протолкнул палец, но все еще массировал края моей дырочки. Неожиданно, вобрав мой член полностью в рот, внутри гладя языком головку, он ввел два пальца полностью. Как будто, в воздухе повисли электрические разряды, сейчас они резко заискрились. Я кончил бурно, отдаваясь в пучины оргазма. В голове как будто все мысли испарились.

Через несколько минут, я пришел в себя.

Он ждал, пока в моей голове настанет порядок. Я немного приподнялся и посмотрел на него. И что дальше? Как реагировать? В воздухе повисла напряженная пауза. Черт! Кир не молчи! Реагируй хоть как-то!

- Я не знаю что делать… - я все еще смотрю ему прямо в глаза. Я, правда, НЕ ЗНАЮ что делать!

- Может… забыть обо всем? Просто расслабиться? Не думать… просто, плыть по течению.

- Расслабиться? А тебе… разве не страшно?

- Может разве чуть-чуть – на последнем слове Кир немного, самыми уголками губ, улыбнулся.

Приблизившись ко мне, он начал легонечко, покусывать мое ушко. Я моментально покраснел, а тело пробила дрожь. Черт! Я стал быстро возбудимым из-за течки. Даже как-то неудобно.

Голова немного закружилась, а телу захотелось, сделать приятно Киру или мне захотелось. Не могу адекватно мыслить. Развернув его голову к себе, я грубо, почти жестко, поцеловал Кирилла. Немного прикусил его губу. Тело эхом отреагировало, я сильно, похоже, до синяков, сжал ему руки. Хех, сволочь отомстил, укусил меня за кончик языка. Эта страстная битва могла продолжаться еще очень долго, если бы его эрекция, под штанами не уперлась в мою. Я тихонечко сквозь поцелуй застонал.

Немного усмехнувшись, он спросил:

- У тебя был кто-нибудь до меня?

- Да, конечно был! Я так похож на человека, у которого дофига любовников?

Заметив, что его вопрос смутил меня, он нежно поцеловал меня в нос.

- Прости.

Немного подумав, он снова переместился у меня между ног. Окинув мои ноги на меня.

- В первый раз может быть немного больно. Я тебя лучше подготовлю – пояснил он.

Немного поводив пальцами по расщелинке и обмочив пальцы в смазке, он приставил их к пульсирующему входу. Я невольно затрепетал. Нежно и медленно он начал засовывать пальчики в дырочку. Я, наконец-то, с начала течки, почувствовал хоть какую-то наполненность. Мм, как приятно. Два пальца вошли уже полностью. Что он только не делал. То растягивал анус полностью, то водил пальцами вперед-назад, иногда к пальцам добавлял язык. Когда он добавил язык, я будто обезумел, метался как сумасшедший. Увидев, что мне это нравится, он убрал пальцы и оставил только свой горячий язычок. Господи, это просто невероятно! По всему телу шла дрожь наслаждения. Я уже даже забыл, что я делаю, и с кем. Я просто наслаждался. Этот шелковистый язык приносит столько наслаждения. Не знал что такое возможно.

- Ну… думаю ты готов. Будет немного больно, но это ты и так знаешь… раз это… твой первый раз…

Немного приподнявшись, Кир приставил к входу что-то влажное и горячее. Ох, черт, пусть побыстрее входит! Он размазывает смазку на анусе, пока не входит. Черт! Ну, сколько можно ждать! Резко толкаюсь, и его головка входит в узкое отверстие. Кирилл тихо стонет. Медленно, неспешно, он входит в меня, стараясь облегчить мою боль. Хотя ее не так много как я думал. Совсем не много, и то она теряется в умопомрачительных ощущениях. Он вошел в меня уже полностью. Прикрыл глаза и сжал зубы. Не только мне так приятно.

- Мм, Кир… все хорошо, мне не больно… двигайся уже…

Похоже, для него эти слова были, как для быка красная тряпка. Резкие несдержанные толчки, надрывистое дыхание, тяжелые вздохи, неприличное хлюпанье тел. Мой голос уже срывается на крик. Я совсем ничего не понимаю, только чувствую.
Я уже не могу сдерживаться.

- Кир…аах…Кир! Я…хнн… больше не могу… скоро…

- П-подожди… еще немного…

Ахн! Черт! Как же хорошо! Больше не могу. Он схватывает мой член и, сжимая у основания, не дает кончить. Ублюдок!

Еще пара толчков. Он отпускает мой член, и я с громким стоном кончаю. Чувствую, как его семя разливается внутри меня. Весь мир будто разрывается на части. Голова чиста. Это приятно.


* * *


Я уже лежу на кровати, смотря в потолок. Время часов пять утра. То, что случилось ночью, кажется сном, неправдой. Сейчас закрою глаза и все исчезнет. Но, то факт, понимания КТО сейчас находится со мной в кровати, разбивает эти нелепые мысли вдребезги.

- Что будем делать? – спрашиваю я. Я не знаю, проснулся ли Кир, просто спрашиваю.

- Что ты предлагаешь? – от ответа я вздрогнул.

Голос у Кира был спокойный, но я знал, что в нем есть толика напряжения. Не первый год знаком.

- Забыть, притворяться, что ничего не было. Помнить и притворяться, что ничего не было. Все свести в шутку.

- Ни один из вариантов меня не устраивает.

- Слушаю тебя. Что предложишь?

- Встречайся со мной.

На мгновение я забыл, как дышать. Что за бред он несет?!

- Эмм, что? – может мне все-таки послышалось?

- Встречайся. Со. Мной – по слогам, как для дауна, произнес он.

- А? Эмм. Что? – вообще не понимаю. Представить даже не могу.

- Влас ты дебил или как?

- Или как. Ты меня даже не любишь!

- Я тебя люблю.

Я второй раз задохнулся. Что? Боже скоро у меня голова от всего этого заболит.

- Невозможно. За один раз в постели полюбить не возможно.

- А кто сказал, что я полюбил тебя именно сегодня?

Я непонимающе уставился на Кира. О чем он вообще?

Смотрю на него.

Кирилл тяжело вздыхает, откидывается на подушку, и смотрит куда-то в прошлое.

- Я не помню именно когда влюбился в тебя. Помню, что так было всегда, с самого нашего знакомства. Хоть ты был и веселым, но немного отчужденным. Меня привлекало что-то в тебе. И я стал дружить с тобой. Мечтал, что когда вырастем, никогда не расстанемся. Но когда все становились альфами и омегами… ты стал альфой раньше меня. Я хотел быть омегой и не сомневался в том, что так и будет. Какое же было разочарование тогда. Я просто ненавидел свою физиологию, проклинал судьбу за это. Умом понимал, что неправильно любить альфу, когда сам таковым являешься. Но ничего поделать с собой не мог. Рядом с тобой всегда были омеги, но ты ими не интересовался, что успокаивало меня. Но с каждым годом моя любовь все росла, и прожигала меня изнутри ядом. Я не знал что делать. Правда, не знал. И решил быть просто другом. Просто находиться рядом. Хоть как то быть рядом с тобой. Но сейчас… я безмерно счастлив… ведь я смогу, быть не просто другом. Если ты захочешь. И уж тем более теперь я от тебя точно не отступлюсь. Слишком много раз терял то, что мне дорого, теперь не буду повторять свои ошибки…

Все эти слова поразили меня до глубины души. Словами не объяснить, что я чувствовал. Облегчение и что-то еще… просто теперь я не знаю, что сам чувствую к нему. Симпатия точно есть, но любовь…

- Я не знаю, что теперь чувствую к тебе… Любовь ли это?

- Не волнуйся, я определенно заставлю тебя полюбить меня.

- Какие у нас великие цели!

- Да, да. И сейчас я собираюсь отхватить еще кое-что.

Нетерпеливо приблизившись, Кир быстро вовлёк меня в жаркий поцелуй.

бЧто сказать? В последнее время все события происходят слишком быстро и все неумолимо меняется. Я уже не ребенок, но взрослым адекватным человеком, тоже назвать себя не могу. Проходит время детских игрушек, я бы даже сказал, подростковых.

С момента изменений, в моих отношениях с Киром, прошло два месяца. В период течки, меня трахали, как только могли и всегда в разных позах. Короче 4 дня из квартиры мы не выходили. Не занимались сексом, мы наверно только на потолке, хотя если бы это было возможно, то и его бы не пропустили.

Наши отношения мы держали в тайне. Хотя заботился об этом только я, Киру было «по». В принципе, многое осталось, как было, что очень радовало меня. По-прежнему было весело, были подколки, и ржачные моменты. Но иногда он подходил ко мне, нежно целовал в висок, потом в нос, в губы.

Говорил «Люблю». Мне было очень приятно, но до конца я разобраться в своих чувствах так и не смог. Все-таки столько лет мы были просто друзьями, такие перемены так быстро не решаются. А он понял и не стал торопить меня, за что я ему очень благодарен.

Все бы ничего, но в последнее время меня начало беспокоить вот что. Психически я очень неуравновешен. От раздражительности до эйфории. Ладно, это я бы мог списать на стресс из-за перемен. Но я очень много жру сладкого. Очень много. Хотя раньше не замечал за собой такой сдвиг. Кир даже уже шутить начал.

Еще я, кажется, стал больше замечать за Киром маленькие, милые привычки. Вот, например, когда он дома, всегда собирает волосы в маленький хвостик и надевает очки. Ему идет, выглядит очень уютно. Или то, что спит всегда в нижнем белье. Как то я спросил его, почему он даже шорты не наденет, не говоря уже о пижаме. А он: «До тебя я ходил по квартире голым, люблю свободу». Я удивился, но ничего говорить не стал. Может как-нибудь проверю, каково это, ходить голым. Только чуть позже.

Утро. Я сижу и пью кофе с шоколадными конфетами. А Кир читает книгу. Этакая идиллия, так хорошо и спокойно.
Трель в дверь. Останавливаю Кира, и сам иду к входной двери. Ну, вот кто кроме Макса может притащиться сейчас?

Открываю дверь:

- Тебе чего, ошибка общества? – спрашиваю я.

- Да вот вас решил проведать. Без меня наверно от скуки подыхаете?

- Проходи давай. А день так хорошо начинался…

Максим обиженно хмыкнул, и с гордой спиной, продефилировал на кухню. Послышалась нескладная ругань и звук бьющейся посуды. Понятно, Кир не заметил Макса и тот его напугал.

- Кириииилл, как у тебя дела? – противный голос Макса, аж уши режет.

- Нормально, – произнес Кир, немного холодно. От книги его не отлепить…

- Ааа, у меня тоже все Окей. Ты занимаешься каким-нибудь спортом? У тебя такое тело…

- Ммм… - игнорирует вопрос Кир.

Так! Это уже не смешно! Он его сейчас глазами изнасилует. Шлюха продажная, у тебя Марк есть! Иди перед ним выебывайся! Чтоб тебя черти в аду через сито просеяли, ублюдок поганый…

Я прожигал в Максе дырку, казалось, что он просто игнорирует меня. Как хорошо, что он Киру не нравится!

- Влас харэ палить. Гляделки не сломаешь?

И в правду чего это я? Макс же всегда так с Киром общается. Может, я ревную? Черт дери этого Кира! Я ревную! А что еще хуже, я признаю это!

- Ну, и че ты все время жрешь? Как беременная цаца, чес слова.

«И тут я понял, что меня накрыло»

Я ошалело посмотрел на Макса. Потом перевел взгляд на Кира, у него тоже рожа вытянулась.

И молчим. Смотря в одну точку. У Макса сейчас нервный срыв от молчания будет.

- Р-ребят… вы чего… я…

Кир неожиданно встает (от этого Максим аж подпрыгнул). Быстро шепнув мне на ухо, «Я в аптеку, выпроводи Макса» удалился.

Я быстренько выгнал Макса, что оказалось нелегко. Но в последний момент я увидел в его глазах, что-то похожее на понимание.

Уже пять минут хожу в гостиной, из угла в угол. Раз десять наверно я переставил вазу стиля «модерн», сначала около плазменного телевизора, а потом около книжного шкафа. Часы неприятно тикали, выводя меня из себя. Фак! Ну вот что он так долго? Неужели аптека так далеко?

Послышался шум дверного замка, я ломанулся к Киру. Он немного бледный, и сконфуженный передал мне тест на беременность.

- Да ты успокойся! Не ссы. Думаю, я не залетел!


* * *


- Ебаный ты в рот! Я залетел! – не веря своим глазам, я смотрел на результат теста.

Дальше у меня был легкий ступор. Потом трехэтажный мат, думаю, Тимур выучил много новых слов.

- Киииир! Убей меня нахрен, пожалуйста! Что делать теперь? Ааа, фак мой мозг! Он перегружен!

- Так, все не кипишуй. На водички с валерьянкой выпей. Успокойся и что-нибудь придумаем. Хорошо? – говорил он, спокойным голосом.

Я еще немного подергался и выжрал пол пачки валерьянки, периодически давясь.

Уставился невидящим взглядом, на вазочку с конфетами. Сидели мы опять на кухне. Комната переговоров честное слово. Но сейчас каждый из нас молчал, сидя в своих мыслях, думая, что делать дальше. Такой геморрой на мою больную голову… Хорошо, что таблетки действуют, а то бы пол квартиры разгромил.

- Так – неожиданно подал голос Кир. – Аборт ты точно делать не будешь. Может, родишь его? Все-таки дети это счастье.

Я немного в прострации. Почему-то был уверен, что он бросит меня. Рожать?

- Кир! Мы еще студенты. Слишком молоды. Ты уверен, что потянешь меня и ребенка? – о, уже говорю о малыше как о близком человеке, – все-таки это сложно…

- Ты сам-то хочешь его? С этим не проблема. Я могу бросить институт, все равно чисто ради тебя туда ходил. Но, а сейчас ты будешь со мной. Так что, все хорошо…

- Н-наверное ты прав… но я еще не уверен… это все как то…

- Влас, не волнуйся, тебя я не брошу. Все будет ништяк. Знаешь, я всегда мечтал о родной семье. Поэтому я не хочу отказываться от ребенка. Представь, по квартире ходит маленькими ножками, маленький малыш. Смотрит совсем невинным взглядом на мир. Нуждается в нашей любви и защите. Разве тебя это не радует? Ты ничего не чувствуешь?

И в правду. На душе становиться тепло и хорошо. Почему-то Кир на роль отца неожиданно хорошо смотрится. Так естественно.

- И вот представь – продолжает Кир – как ты своими руками убиваешь такое сокровище. Которое, любит тебя больше всех на свете.

Кончики пальцев сразу похолодели. Сердце неприятно кольнуло. Как представлю, что маленький комочек в животе убит, так сразу плакать хочется. Как не сможет нарисовать кораблик на листке бумаги. Как не услышу его звонкий смех. Как он задыхается внутри. Господи как в груди все больно.

- Влас! Влас! Ты чего? Все в порядке?


Я даже не заметил, как из глаз течет вода. Черт, ну почему сейчас? Все же в порядке. Немного по-детски пытаюсь смазать слезы кулаками. Не помогает. Черт, не хочу, чтобы он меня таким видел. С детства ненавидел, когда кто-то видел как я плачу. Почему то я внушил себе, что плакать позорно и противно. Знаю что глупо, но вот привычка осталась.

Я неожиданно для себя прижался к Киру, как к спасательному кругу. Спрятал лицо в темной майке. Он как обычно, немного улыбнулся и уткнулся носом в мои волосы.

С ним так хорошо. Тепло, сладко, естественно. Я сейчас счастлив. Ни за что не отпущу свое счастье, ребенок будет жить. И будет радоваться жизни.

- Спасибо – еле слышно, поблагодарил я.

- Тебе спасибо. Я никогда не был таким счастливым. Я самый богатый человек на земле, у меня есть все. Спасибо что подарил это счастье.

Иногда я думал о Кире. Как он смог выдержать все это? Если посмотреть со стороны, то вся его жизнь намного несчастней моей. Даже беря во внимание то, что я омега.

Почему он не разочаровался в жизни?

Будь на его месте я, не знаю, выдержал бы. Хоть я и знаю что сильный, но все равно. Жизнь ломает людей, не щадя никого. А может, не жизнь, а сами люди? Просто они сбрасывают вину на судьбу. Всегда ищут виноватых, не замечая себя.

«Хеликоптер нихт! Попистфофали!»

А он еще долго обнимал меня, гладя по волосам и целуя лицо. Я даже не сопротивлялся. Черт, я запутался. Я его люблю? Или нет? Я хочу сделать его счастливым. Может, сказать что люблю? А если я совру, что дальше? Ему наверняка будет больно. Он может сломаться? Не думаю. Он сильнее всех людей, которых я когда-либо встречал. Я ревновал его. Это доказывает, что я его люблю? Черт, слишком много мыслей.

Попугай, раскачиваясь на люстре, головой вниз, пел песню «My heart will go on» из «Титаника». Жутко получалось, уши сворачивались в трубочку, хотелась кинуть в Тимура недавно купленный Стасом карбюратор, который он «случайно» забыл у нас.

- Тимур, еблан пернатый! Быстро слез! – кричу я, пытаясь согнать птицу с люстры.

- LOVE CAN TOUCH US ONE TIME AND LAST FOR A LIFETIME!..

А-а-а! Фак, мои уши! Я клянусь, когда-нибудь я придушу эту курицу.

- Что происходит?

В квартиру зашел Кир. От него веяло свежестью улицы. Немного удивленно, он уставился на Тиму.

- Ух, ты! Как он поборол законы гравитации! – присвистнул Кир.

Тимур вдруг заткнулся и подозрительно уставился на Кира.

- Да мне вообще похуй на вашу гравитацию!

И с преспокойным видом, улетел из комнаты, тихо напевая песенку из Губки Боба.

- Мдя, некоторых вещей мне не понять, – задумчиво изрек Кир и потопал на кухню обедать.

* * *

По квартире раздаются легкие и в то же время тяжелые звуки саксофона и басов, ну ещё, возможно немного скрипки. Присутствует что-то еще, но выразить словами эти звуки невозможно. Мелодия мне очень нравится, хотя и кажется немного депрессивной. Она доносится из зала, я бросаю продукты из супермаркета, и двигаюсь на красивую музыку.

На диване сидит Кир. Печатая на ноутбуке, он что-то бормочет себе под нос. Он опять надел очки, только волосы до сих пор распущены. Рядом с ним чашка ароматного кофе.

- Что за группа? Не думал, что ты слушаешь джаз…

Он еще секунд тридцать допечатывал что-то в компьютере, позже встал и пошел к большим колонкам, из которых лилась музыка. Он протянул мне что-то черное.

- На, держи. Друг диск подарил. Классная группа. Это не джаз, а funeral-jazz. Она немного отличается – снова садясь на диван, он начал печатать - Называется группа Bohren und der club of gore.

Тоже присаживаюсь рядом с Киром, смотря на альбом. Весь черный, с причудливым белым рисунком. Там стоят карикатурные люди и хоронят, какого-то человека.

- Мне нравится! Это немецкая группа? Как эта песня называется, которая сейчас играет? – с интересом смотря на альбом, спрашиваю я.

- «Приглядитесь и вы увидите его крылья». Классное название да? Я начал писать книгу с таким же названием. Специально, в книге будут присутствовать слова песни.

- Да, и в правду название красивое. А что насчет книги? Что там?

- Собираюсь написать, на лад детской. Но совсем не детская. Там герою восемь лет. Он попадет в другой мир. Решил написать фэнтези, с элементами детектива. В общем, напишу, почитаешь.

- Ладно, ладно. Только пиши быстрее! Почитать уже хочу.

- Угу.

Ну, все. Я его потерял. Как минимум неделю его не оторвать от ноутбука.

* * *

Сегодня малыш первый раз толкнулся. Я сначала испугался, но потом обрадовался так, что сожрал три пачки мороженного. Еще оторвал Кира от компьютера, что поверьте геройство!

- К-и-и-и-р!

- М-м-м…

Ну, вот опять эта сволочь меня игнорирует. В последнее время он вообще не отличает реальность от мира грез. Отдает книге так сказать всего себя. Мне это не нравится. Совсем мне внимание не уделяет. Я, конечно, понимаю, работа и все такое. Но хоть иногда, надо дарить внимание семье. А то постоянно молчит и пишет, пишет и молчит. Поэтому я уже воюю за него! Так сказать объявил войну компьютеру!

- Кири-и-и-л!

- Чт-о-о-о-о? – совсем тихо, не думая, что что-то говорит. Даже взгляда от монитора не поднял.

Ну, все достал! Скидываю компьютер на диван. Он, было, решил возмутиться, но наткнувшись на мой твердый взгляд, не смог вымолвить не слова.

Я, наверное, сейчас выгляжу очень обиженно. Он со вздохом, приобнимает меня за плечи и целует в лоб. Потом наклоняется близко-близко, и спрашивает:

- Что? Что ты хотел, солнце?

- Он… он толкнулся! А ты меня вообще не замечаешь! Только и сидишь со своим компьютером… идиот!

- Прости, малыш. Ну, ты же знаешь, что я иногда так залипаю, по этому,… а что? - удивленный взгляд. – Толкнулся? Правда? Господи, я так рад!

Сейчас он уже полностью взял меня в плен, теплых, сильных рук и усадил между своих ног. Со стороны наверно смешно смотрелось. Все-таки я высокий, и на омегу совсем не похож. Да и выше, я Кира сантиметра на два. Но меня это совершенно не волновало, главное что хорошо. Так тепло и приятно, вот бы так навсегда остаться.

- Я люблю тебя, – Кир поцеловал меня сзади в шею. Вот блин, смутил гад.

Но мне нравится, когда он говорит что любит. Хотя я еще ни разу не признавался в любви, из-за этого чувствую себя виноватым… произнести это выше моих сил. Вот хочу сказать, но что-то не позволяет. Может, я просто стесняюсь, а может… ладно, не будем о плохом. Главное что сейчас все хорошо, не надо портить момент.


* * *


- Кир, быстрее! А то опоздаем! Ты ведь не хочешь, чтобы Макс из тебя суши сделал?

- Не хочу, не хочу. Все я оделся, идем.

Ой, кстати, я забыл сказать, как на мою беременность отреагировали друзья. Марк упал в обморок и явно поменял свое мировоззрение.
«Мир никогда не станет прежним» сказал он.

Макс вообще не удивился. Откуда-то он знал, кто я. Может чутье омеги сработало, может интуиция. Но он был рад за меня. Хотя и завидовал, что Кир достался мне.

Стас вылупился на меня и подумал что все это шутка. После того как я показал ему голый живот, он целый вечер молчал, думая о своем, даже закурил.

Сева… ну, Сева это Сева. Он искренне был рад за меня. Хотя его, кроме Стаса, вообще ничего не волнует. Они теперь встречаются. Только так, как будто не могут надышаться друг другом. У них очень красивая пара. Я очень обрадовался, когда узнал. Похоже, они искренне любят друг друга.

Выходим с Киром из подъезда, прямо на главную улицу. Все на меня оборачиваются. Ну конечно, такая дылда с животом идет. Но мне все равно. Я счастлив, и этим все сказано. Кир все время бросает уничтожающие взгляды, на человека, который смотрит на меня больше пяти секунд. Это ржачно. Люди тут же начинают бледнеть и отводить взгляд.

Идем мы сейчас в больницу, к Стасу. Там нас ждут Сева и Макс. Стас заболел. Не знаю чем, но вроде лечится хорошо. Я-то все думал, почему Сева так дорожил каждой секундой со Стасом. Похоже, он всерьез обеспокоен. Я бы тоже страдал, если бы Кир так заболел.

Подходим к главной улице, ждем пока машина остановится и можно будет пройти.


Я уже на восьмом месяце. Таким счастливым я не был никогда. Знать, что внутри тебя есть маленькая жизнь бесценно. Теперь я понимаю людей, у которых есть дети, это такое счастье! А у меня оно двойное. Ведь у меня есть еще Кир. Теперь у меня появилась собственная семья. Ребенка мы решили назвать Глеб. Мне это имя всегда нравилось, правда, мы немного пособачились с Киром, он хотел другое имя, но против меня не попрешь! Я выиграл. Так что теперь Глеб. Интересно, омега или альфа? А может вообще бета. Но, в любом случае мы будем любить этого малыша больше всех на свете. Он будет самым-самым счастливым! Но не избалованным! Будем в походы ходить, мир объездим! Даже если он будет, плохо учится, все равно ругать не буду. Сам не очень примерный ученик… в общем, мы с Киром будем лучшими родителями!

Натыкаюсь на взгляд холодных глаз, сквозь толпу. Этот человек смотрит в упор. Меня это раздражает. Мужчина, лет так двадцать-двадцать пять. Красивый, невысокий. Омега. Ну, вот что он так палит? Р-р-р. Бесит!

Меня позвал Кир. Смотрел он с нежностью. Хватает мою руку. Сжимает. Чувствую себя в безопасности.

Неожиданно, меня пронизывает резкая боль. Футболка на животе окрашивается малиновым цветом. Не могу стоять. Падаю. В глазах темнеет, кажется, меня Кир поддерживает. Боже! Как больно! Я задыхаюсь. Вижу шокированный взгляд серых глаз. Все смешивается. Что-то теплое прилипает к рукам, я обхватываю живот. Лишь бы с ребенком ничего не случилось… лишь бы…

Все потемнело.
запись создана: 21.03.2015 в 19:15